|
В российских школах появятся новые преподаватели - милиционеры. Об этом в минувшую среду заявил министр внутренних дел Рашид Нургалиев. Милиционеры призваны "оздоравливать климат в школах", читать лекции о вреде наркомании и алкоголизма, выявлять хулиганов, плохих родителей, преподавать основы самообороны и т.д. В кабинет полковника милиции Околышева бодрым шагом вошел капитан Свистарёв, вытянулся в струнку, щёлкнул каблуками. - Вызывали, Пётр Никитич? - Вызывал. Садись, закуривай. Капитан Свистарёв присел на край стула. Сделал внимательное лицо. - Такое дело, - произнес Околышев, глядя по-отечески на капитана, - решено направить тебя, Свистарёв, на очень ответственный участок работы. На тебя вся надежда. - Всегда готов, - ответил Свистарёв и чуть привстал. - Сиди, сиди, - остановил его Околышев. - Ценю твою преданность, рвение - для милиционера это первые качества. Так вот, зачем, собственно, вызывал. Направляешься ты, Свистарёв, на такой ответственный участок, что даже и не знаю, кто, кроме тебя, там выживет... - Я, Пётр Никитич, если вы помните, на Царицынском рынке службу нёс, моментально, если вы помните, справедливость восстановил, покончил с некоторым засильем. Цены сбил на картошку, капусту. Мясников вот только не успел взять за жабры... - Знаю, знаю! - перебил его Околышев. - За рынок тебе отдельное спасибо. Но в настоящий момент ты направляешься для несения службы в среднюю школу номер триста сорок пять. - Тов... п... - Ты закуривай. Слышал, что Нургалиев сказал насчет школ? - Слыхал. - Так что пойдёшь, брат, преподавать науки. Побелевший Свистарёв вытащил сигарету, сломал её, нервно стал закуривать другую. Уронил зажигалку. - Понимаю тебя, - произнёс Околышев, наблюдая за капитаном, - но это приказ министра. За невыполнение сам знаешь, что нам будет. Никаких наград и именного оружия. Выпрут на пенсию... - Пётр Никитич, за что? -дрогнувшим голосом произнёс Свистарёв. В глазах капитана плавали мутные слезинки. - Отечеству я, кажется, верой и правдой, на Царицынском, если вы помните, цены сбил. На картошку, репу... - Знаю, опасно, - произнёс Околышев, наливая себе в стакан воды из графина, - но если не милиция, то кто? - Что? - Кто остановит разгул бандитизма в средних школах, кто прекратит драки на переменах в буфетах и вообще повысит успеваемость? - Директора, - слабым голосом произнёс Свистарёв. - Они, Пётр Никитич, согласно Конституции обязаны личным примером пресекать всякие драки, в том числе в буфетах и на прилегающих территориях... Я, Пётр Никитич... У меня у самого дети, пощадите! - Прекратить! - сердито произнёс Околышев, стукнув по столу кулаком. - Развели тут, понимаешь, демократию! Будешь им лекции читать насчет порядка, чтоб, значит, водку не пили, пиво... Чтоб не курили! Нация, ты пойми, идёт ко дну! - Нацию, согласен, жалко, - отвечал Свистарёв, глотая воду из стакана полковника. - Но я... я не справлюсь. Там же не дети, а звери. - Справишься! - горячо произнес Околышев. - Ну а если что, вышлем тебе на подмогу взвод. Пора скрутить этих... подростков в бараний рог! - Бесполезно, товарищ полковник! Я своего старшего крутил-крутил, Кольку своего, а он, сукин сын, мне в сапог васькиного дерьма насыпал. Васька, это кот у нас... - Отставить разговоры! - Слушаюсь. Полковник поднялся, подошел к карте Москвы, задумчиво окинул её взглядом. - Тыщи школ в столице,- произнёс Околышев, -тыщи! И в каждой по тыще хулиганов. Гибнет нация... Нет, если не милиция, тогда я прямо не знаю. Свистарёв! - Я! - Приказываю с понедельника приступить к выполнению своих новых непосредственных обязанностей. Директор школы в курсе. Готовьте лекционный материал, наглядную агитацию. Погладьте брюки, китель. И это самое, как его... переходите на безалкогольный образ в быту. "Да ни в жизнь! - думал, шагая по улице и жадно ловя ртом кружившиеся снежинки, капитан Свистарёв. - Что я, враг себе и собственному благополучию, здоровью? Получается, я заботился об Отечестве, цены ему сбивал, а оно меня, получается, в гроб вогнать хочет. За ратную службу! Нет, не увидят они в триста сорок пятой капитана Свистарёва, не на того нарвались! Завтра же напишу заявление на пенсию, уволюсь ко всем чертям, на покой!" Свистарёв невольно прижался к забору, когда мимо него с шумом пронеслась ватага школьников. "Звери! - подумал Свистарёв, - нет, уволюсь, пойду на Царицынский рынок, там меня, небось, помнят. Буду на общественных началах капусту дегустировать, разносолы. А это нет, ищите дураков!"
Автор: Игорь Сизов
В начало сайта |