Шумим, брат, шумим...

Почему русское национальное движение может действовать только в режиме импровизации?

Наблюдая за массовыми мероприятиями патриотов, их "околополитической" деятельностью, публикациями в интернете, я все чаще задумываюсь над тем, какую цель мы преследуем? Куда двигаемся, двигаемся ли вообще? Зачем нужны эти акции протеста?

Ну как же, ответят мне, это же очевидно - раскачать режим, заставить чиновников соблюдать наши права, защитить себя от этнобандитизма, объединится всем русским и т.д - святые цели, о которых уже столько говорено.Говорим действительно много, вот только результата пока никакого...

События 11 декабря 2010 года воодушевили многих, хотя, откровенно говоря, я не ждал от "Манежки" не то, чтобы фундаментальных, даже номинальных перемен. В суровой безысходности болота протест молодежи, в самом деле, показался, знаковым. И кажется таким до сих пор.К сожалению, только кажется.

Мне было приятно видеть задор русских ребят, их злость, готовность постоять за себя и друзей, но вопрос "ради чего все это", так и остался без ответа. Судя по происходящему, практические результаты нулевые.

Кавказцы по-прежнему безнаказанно режут жителей русской равнины,власти озабочены тем, чем и всегда - распиливанием страны, теперь, правда, под ментовский пресс попадают участники даже социального (не то что политического протеста) - их тоже приравняли к экстремистам. Правоохранители запоздало рапортуют о поимке убийц Егора Свиридова и клятвенно обещают делать то, что обязаны делать по закону довести свою работу до конца.Уголовные дела по аналогичным преступлениям ведутся в прежнем режиме, то есть, спустя рукава и открыв карман.

Естественно, что ни о каком серьезном наказании взяточников в погонах речи быть не может. Выходит, чтобы заставить прокуратуру зашевелиться по одному единственному делопроизводству об убийстве простого парня, русским понадобилось вывести на площадь в центре страны несколько тысяч человек и пожертвовать свободой нескольких десятков. Кому-то для достижения подобного результата достаточно сделать один телефонный звонок. Это к вопросу о том, чего стоит наше "национально-освободительное движение".

Русские националисты, мечтавшие последние недели о революциях, как-то подустали и вернулись к своему любимому делу - выискивать "жыдов и провокаторов" в своих несгибаемых рядах. С этим увлекательным процессом у них конкурирует другое серьезное занятие - смакование подробностей в новостях об убийствах кавказцами русских.

Как справедливо замечено публицистом Александром Елисеевым, национальные акции должны уже собирать, как минимум, сто тысяч участников, поскольку в обществе давно преобладают националистические настроения. Но мы видим, что подобные мероприятия объединяют от силы десять тысяч человек. За пять лет после проведения первого "Русского марша" число участников выросло всего в два раза. Не маловато ли?

Но даже не это главное. Зачем нужны эти мероприятия? Что дает эта массовка простым людям? Безусловно, можно очень долго рассуждать о том, что "нас поддерживает вся страна, и наш электоральный потенциал -70 процентов", но эта поддержка и этот потенциал кухонные, ибо до сих пор дальше наших кухонь не распространяются. Не вините простое население, дорогие мои соратники. Вините себя.

Что дают национальные организации, например, русскому парню из провинции, который не может учиться в МГУ, ибо его место отдано под "национальные квоту", или матери, у которой доблестные защитники порядка забрали в милицию сына и вымогают деньги, старику, который живет от пенсии до пенсии? Призрачные надежды на то, что "скоро вся страна подымется и придет счастье"?

Для того, чтобы заниматься политикой, недостаточно одного осознания, что "я жить вот так не хочу". Надо точно представлять, как ты хочешь жить. И если некоторых устраивает туманное будущего в виде хрустального дворца под названием " национальное государство", (где русской душе хорошо, а "чуркам" - ад), то большинство такая перспектива не устраивает. Им конкретика нужна, а вот с этим у патриотов очень туго.

В конце 80-х демократы-лохотронщики ловко обманули людей, пообещав рыночное изобилие, две "Волги" в гараже, отдельную квартиру каждой семье, свободу быть кем хочешь и жить как на Западе. Поверив этим сказкам, народ ринулся на улицы, поддерживать демократов и раскачивать советский режим. На Манежной в 1989-90 годы собирались в десятки раз больше людей, чем 11 декабря. По сравнению с тогдашними демократическими перфомансами мероприятия националистов (извините меня, дорогие соратники) выглядят жалким зрелищем. На акции памяти Егора Свиридова 15 января, я увидел это во всей красе. Три сотни человек, из которых как минимум четверть - профессиональные тусовщики, и хмурые лица записных аналитиков, констатирующие очевидные вещи, что протест декабря исчерпан.

Ельцин сотоварищи были безусловными преступниками, но народ они смогли привлечь. Что могут сегодня предложить массам националистические организации? Конституцию, где написано, что русский народ самый главный в стране? Да, я тоже хочу этого, но, положа руку на сердце, откровенно признаюсь, жизнь в стране это не изменит. Всё остальное в программах русских националистов я отношу к области сказок, ибо глобальные проекты о русском правительстве, национальной справедливости, общинности, на фоне собственной беспомощности, у меня вызывают лишь улыбку.

События на "Манежке" - показатель не только уродства государственной системы, но и немощи тех, кто этой системе "как бы" противостоит. Футбольные болельщики смогли сделать самые простые вещи собраться ради помощи одному человеку, собраться под угрозой ареста и лишения свободы. Это вызывает симпатии даже у тех, кто морщится при словах "фанат Спартака". Болельщики не ставили перед собой никаких политических целей, для этого существуют национально мыслящие политики, но те оказались способными лишь постоять с оплывающими свечами и горестными физиономиями рядом с фотографией Свиридова под вспышки фотоаппаратов.

После 11 декабря многие бросились (пока не сошла волна) примазываться к популярному новостному поводу: скорбеть по убитому Егору, клясться на месте его гибели в том, что "дело борьбы освобождения русского народа будет продолжено". На сороковинах, проходивших на Кронштадтском бульваре, я увидел людей, которые, простояв положенное количество минут, удовлетворенно отбывали домой с осознанием того, что отметились перед историей, а в конце акции милиция, как ей положено, задержала два десятка мальчишек. И никто не поехал за ними узнавать, кого задержали, за что задержали, когда отпустят и не отбили ли ребятам почки в "обезьянниках". Может быть, для глобально мыслящих националистов такие вещи представляются сущей мелочью, но для меня это красноречивое объяснение того прозябания и убожества, в котором пребывают сегодня национал-патриоты.

Они грызутся между собой по абстрактным вопросам: кто будет "чурок" из Руси выселять, когда придем к власти? Армия с нами или оружие народу раздадим? А кто правительство возглавит - Вече или Национальный диктатор?

За десять лет не создано и даже не было попытки наладить простую сеть взаимопомощи, которая есть у фанатов, да и у тех же кавказцев. Конечно, гораздо интереснее сетовать на то, что "денег нет" и "режим давит", но мне представляется, что настоящему пассионарному движению не так страшно отсутствие первого фактора и наличие второго.

"Русский народ страшен своей импровизацией, но запланированные действия чаще всего не получаются" - пробурчал на Кронштадском, стоящий рядом со мной в толпе мужичок. Этими словами он встретил хилую колонну ДПНИ, возглавляемую лидерами "национального сопротивления". Плана нет, привлечь на свою сторону массы националисты не могут. И что же теперь? Ждать, что русские поднакопят протестный потенциал, который сдетонирует неизвестно когда и где, а там - может быть, и до счастья народного рукой подать. Не знаю, как вам, но мне такая судьба кажется дикой. Но ничего другого пока не предлагается.

Автор: Ян Гордеев