Героин лечебный

Госдума решила, что наркотики полезнее перерабатывать в лекарственные препараты

РАЧИТЕЛЬНЫЙ ПОДХОД

Только в 2006 году в России было изъято 90 тонн наркотиков. Большая часть из них уже уничтожена. Остальное ждет своего часа: вещества, по которым не завершено судебное расследование и не вынесен приговор, проходят по делам в качестве вещдоков.

Перед утилизацией наркотики тщательно взвешиваются, пломбируются и под контролем специальных госкомиссий, состоящих из представителей силовиков, природоохранных структур, региональных властей и здравоохранения, отправляют в печи. Жидкие наркотики разбавляют водой до безопасных пропорций и сливают в канализацию.

Однако отныне изъятое у наркодельцов сырье будет служить здоровью людей.

В законе появилась норма, по которой наркотики и психотропные вещества будут перерабатываться: подвергаться рафинированию (очистке от посторонних примесей) или концентрированию. Таким путем идут во многих странах мира: Чехии, Японии, Норвегии, Иране. В результате получаются вещества, пригодные для дальнейшего использования в фармацевтике. Работу над будущими лекарствами - морфином, налоксоном, налтрексоном и другими препаратами, а также переработку изъятых наркотиков депутаты доверили специализированным федеральным государственным предприятиям, имеющим необходимые лицензии.

Лекарства, которые можно получить из наркотиков, в основном очень сильные обезболивающие. Они используются при серьезных травмах, в предоперационном, операционном и послеоперационном периодах, при инфаркте миокарда, тяжелых приступах стенокардии, болях при злокачественных образованиях и так далее. Некоторые лекарства способны восстановить дыхание новорожденному. Есть также препараты, которые спасают человеку жизнь при передозировках или отравлениях другими наркотиками. Налоксон вообще уникален. Его используют при диагностике пациентов на опиоидную зависимость (так называемая налоксоновая проба).

Особо в законе оговаривается, что приватизация и иные формы разгосударствления предприятий и учреждений, работающих с наркотиками, запрещаются.

По словам начальника Центра общественных связей Федеральной службы РФ по контролю за оборотом наркотиков (ФКСН) Николая Карташова, подобных предприятий в Москве всего три. Среди них ФГУП "Государственный научно-исследовательский институт органической химии и технологии", которому поручено разработать методику переработки ценного сырья. По расчетам этого института, рачительный подход к делу будет экономить российскому бюджету 50 миллионов рублей ежегодно. Дело в том, что пока большинство необходимых для производства лекарств наркотиков Россия закупает за рубежом.

Более подробно о том, как на практике будет работать закон, руководство ФГУП корреспонденту "РК" не рассказало. Однако уже сейчас известно, что перерабатывать будут средства, входящие в список №1 и список №2 из "Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров". В первый список входят особо опасные наркотики и психотропы, чей оборот в России запрещен. Это гашиш (анаша), героин, морфин, опий, лист коки, маковая соломка. Всего в первом списке 165 наименований. Во второй список входит 55 менее сильных веществ, также оказывающих наркотическое воздействие, чей оборот не запрещен, но ограничен. 

Кстати, изъятые и переработанные в России наркотики планируется применять не только в фармацевтике. Согласно закону они предназначены также для использования в "экспертной, оперативно-розыскной, научной и учебной деятельности, а также при медицинском освидетельствовании". Например, такие препараты необходимы для подготовки служебных собак, которые потом ищут наркотики в аэропортах, на вокзалах, пунктах таможенного досмотра и так далее. Эксперты признают, что пока никакая техника не может заменить животных в этом важном деле. Оперативникам же наркотики нужны при проведении контролируемых поставок, проверочных закупок, оперативных экспериментов, сбора образцов для сравнительного исследования, внедрения в преступные группировки. На практике и сейчас правоохранительным органам разрешено для всех вышеперечисленных целей применять изъятые наркотики. Такое право предоставлено МВД, ФКСН, Минюсту, Государственному таможенному комитету, ФСБ, а также Генеральной прокуратуре. Однако законодатели предусмотрели, что в определенных случаях им могут понадобиться вещества, прошедшую экспертизу и обработку. 

Член Комитета Госдумы РФ по безопасности Геннадий Гудков, представлявший этот закон, заявил, что документ действительно "решает многие серьёзные задачи, которые выпали из правового поля. Этот законопроект в отличие от многих других не требует финансирования, наоборот, он приносит дополнительные финансы в бюджет и решает массу полезных вещей".

Вообще у этого законодательного новшества практически не нашлось критиков. Правда, существуют опасения, что часть не уничтоженных наркотиков после переработки вновь попадет в незаконный оборот через коррумпированных сотрудников силовых ведомств и научных учреждений. Однако пока это только пессимистичные прогнозы, так как правоприменительной практики у закона еще нет. 

КЕТАМИН ЛЕГАЛИЗОВАН  

Есть в новом законе еще одно очень важное положение, которое поставило точку в громком кетаминовом скандале. Напомним, что в 2004 году наркополицейские задержали несколько ветеринаров, обвинив их в использовании без лицензии известного препарата кетамин для наркоза при операциях животным. Под следствием оказались доктора из Москвы, Ярославля, Владимира, Саранска и других городов.

После акций ФКСН ветеринары в массовом порядке стали отказываться от применения кетамина и вынужденно перешли на другой, незапрещенный препарат - залитил. Однако он не только значительно дороже, но и куда хуже действовал на животных. Многие операции вообще отменялись, что приводило к гибели собак и кошек. 

Эта история имела широкий общественный резонанс. Защитники животных провели многочисленные митинги и пикеты. Пытались и оспорить действия наркоконтроля в суде. Даже ряд высокопоставленных чиновников вступились за ветеринаров. Однако, несмотря на протесты, наркополицейские довели дела до суда. При этом они и сами оправдывались,  заявляя, что понимают проблемы животных и их владельцев, но закон есть закон.

В итоге все дела фактически развалились. 

Вероятно, чтобы впредь подобных двойственных ситуаций не возникало, ФКСН вышло с инициативой о том, чтобы разрешить ветеринарам использовать необходимые им лекарства из "Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров" в своей работе.

Геннадий Гудков особо подчеркнул, что теперь, после введения новых норм, никто не назовет российских ветеринарных врачей живодёрами, использующими для животных неподходящий наркоз.

ПРЕСТУПНИКОВ ЗАСТАВЯТ ПОДЛЕЧИТЬСЯ

В планах ФКСН улучшить и другую наркостатистику, касающуюся людей, страдающих наркоманией. Таких в России, по официальным данным, 5,99 миллиона человек. При этом ежегодно около 70 тысяч умирают от передозировок.

Чтобы сократить эти цифры, ФКСН разрабатывает законопроект о принудительном лечении наркоманов.  Речь в нем будет идти в первую очередь о людях, попавшихся на разных преступлениях и правонарушениях. Решение об их лечении будет принимать суд. Скорее всего, оно будет проходить на базе упраздненных в 1990 году печально известных лечебно-трудовых профилакториев (ЛТП). Раньше туда насильно отправляли алкоголиков.

Эти законодательные замыслы вызвали неоднозначную оценку у медиков. Высказываются опасения, что над обществом нависла угроза возвращения "суррогатных тюрем". Как показывает практика, даже добровольно пришедшие лечиться наркоманы чаще всего не ставят перед собой цели избавиться от зависимости. На самом деле им нужно лишь с помощью врачей "переломаться", пережить с наименьшими физическими страданиями тяжелый период. После этого, выйдя из больницы, они вновь возвращаются к наркотикам. Что уж говорить о тех, кого заставят лечиться принудительно. Ведь в этом случае человек будет думать только об одном - как бы поскорее выйти на свободу и вновь уколоться.

Наконец, противники насильственного лечения уверены, что на деле создать по всей стране необходимые условия для лечения наркоманов невозможно. Больниц элементарно не хватит. А здания бывших ЛТП уже давно принадлежат другим организациям. Нет и необходимого оборудования в требуемых количествах, да и специалистов в России не так уж много.

Впрочем, есть медики, которые, напротив, считают принудительное лечение вполне адекватной мерой и даже сожалеют, что после распада СССР система ЛТП развалилась. По их мнению, даже непродолжительный период жизни без наркотиков дает людям шанс вернуться в общество. Тем более что они не просто так прохлаждаются на больничных койках, а с ними усиленно работают специалисты. И даже самый ничтожный положительный результат оправдывает в данном случае все неудачи и вложенные средства. Ведь речь идет о человеческой жизни.

Сторонники принудительного лечения приводят еще и такой довод. По статистике, за год один наркоман втягивает в употребление наркотиков от 10 до 20 человек. Находясь в изоляции, сделать он этого не сможет. К тому же у него не будет необходимости ежедневно искать деньги на очередную дозу, что сократит уровень преступности: разбойных нападений, краж и убийств с целью ограбления.

Единодушно отрицательно отозвались о проекте правозащитники. По их мнению, намного эффективнее развивать в стране доступные для людей медицинские клиники. Кстати, в самой ФКСН согласны, что наркоманам нужно именно лечение. И не важно, насильно человек лечится или добровольно, ему должна быть оказана квалифицированная помощь в учреждениях, оснащенных специальным медицинским оборудованием.

Впрочем, по мнению известного адвоката, бывшего полковника МВД Евгения Черноусова толку от этого закона не будет.  "Это мы уже проходили. Такое лечение давало только отрицательный результат. Не нужно экспериментировать на людях", - говорит он. Кроме того, Черноусов опасается возможных злоупотреблений со стороны официальных органов: "Возьмут информацию с потолка и заставят человека лечиться насильно. Или же принудят откупиться, чтобы не лечиться". Черноусов согласен с правозащитниками и в том, что надо развивать реабилитационные центры с полноценным финансированием, "иначе все просто превратится в фикцию и очередную статистику".

Действительно, деньги в этом деле играют немалую роль. По данным Минздравсоцразвития РФ, стоимость одного курса стационарного лечения наркомана на сегодняшний день составляет 21 тысячу рублей. Ежегодно в России такое лечение добровольно проходят свыше 50 тысяч человек. Таким образом, в год бюджет тратит на наркоманов свыше миллиарда рублей. При принудительном подходе число пациентов резко увеличится, а вместе с этим пропорционально вырастут и расходы. Придется потратиться и на надзирателей.

Однако, к сожалению, согласно подсчетам медиков, из 100 человек, прошедших лечение, только 10-20 отказываются от потребления наркотиков.

В большинстве стран мира выбран более мягкий подход к наркоманам-преступникам. Им предлагается на выбор: либо лечиться (если, конечно, преступление не слишком тяжкое), либо отбывать наказание. Такое право предусмотрено в Бельгии, Греции, Ирландии, Люксембурге, Португалии, Великобритании, Нидерландах. Если наркоман согласился лечиться, то осуждение объявляется условным. В случае несоблюдения пациентом режима приговор приводится в исполнение.

В США законодательство сейчас ближе к тому, что предполагается ввести в России. Хотя настроения по отношению к наркоманам и способам их реабилитации менялись в этой стране очень часто. Так, в 20-х годах прошлого века американцы вообще отказывали этим людям в лечении, сажали их в тюрьмы и психбольницы. Затем наркоманов лечили на наркофермах, где они бесплатно работали на полях. В 70-х годах власти США пришли к окончательному выводу, что это все-таки строго медицинский вопрос. В стране начала действовать государственная программа "ЛАУП" - "Лечебные альтернативы уличной преступности".  По ней при успешном завершении лечения наркомана-преступника уголовные дела в отношении него прекращались. В конце 80-х годов в США появились наркосуды, которые контролируют лечение и социальную реабилитацию наркоманов, преступивших закон. В Майами и Окленде, например, средняя продолжительность реабилитационных программ для наркоманов по решению таких судов составляет около года. Для особо трудных пациентов лечение может начаться в тюремном дезинтоксикационном блоке. Однако большинству предоставляется право наблюдаться у медиков по месту жительства.

Автор: Александра Юрьева