Ровно год назад были прерваны переговоры между Приднестровской Молдавской Республикой и Молдовой, началась экономическая блокада ПМР. О том, чем живёт сегодня непризнанная республика, мы беседуем с епископом Тираспольским и Дубоссарским Юстинианом. Владыко, как вы, выходец из Владимирской области, попали в Приднестровье? - Священник, как солдат: куда поставили - туда и иди. Шел 1995 год. Повсюду разруха. На правом берегу Днестра, после 1918 года входившем в состав Румынии (ныне - под юрисдикцией Кишинева), разрушение храмов началось в хрущевские времена. На левом берегу, в Приднестровье, бывшем частью социалистической Украины, - еще раньше. В советские годы здесь было всего два православных прихода и ни единого старого храма. В 1995-м - уже 27 приходов. Не имевшие духовного образования священники, бывшие инженеры и учителя служили в зданиях бывших магазинов и столовых. Люди боролись с болевым шоком после войны: 120-тысячный Тирасполь выживал за счет многолетних культурных традиций. В городе действовали спортивные команды, студии народного танца и пения. - В российской прессе пишут о мощной системе социальных гарантий в Приднестровье, хорошей армии, бурно развивающейся экономике, об образовательных программах... Так ли все это? - Увы, как раз сейчас жизнь ухудшилась. Прежде всего в деревне. В 1995 году на селе что ни дом был, то полная чаша. Сейчас земля обезлюдела. Оставшиеся поля чаще всего обрабатывают молдаване, приезжающие с правого берега. Никак не решится вопрос о статусе земли. Проводившийся по поводу введения частной собственности на землю референдум провалился - явка оказалась недостаточной. Многокилометровые яблоневые, виноградные, грушевые и абрикосовые сады вырубаются, на их месте сеют неприхотливую пшеницу. Это связано с тем, что Украина стала закрывать свои таможенные пропуски - фрукты стали гнить целыми составами, не доехав до России. Год длится блокада, направленная на ввоз сырья для промтоваров и готовой промышленной продукции. Без регистрации в Кишиневе предприятия не могут вывозить товар. - С кем торгуете? Протянул ли вам кто-нибудь руку помощи? - Россия покупает у нас кабели, электроприборы, комплектующие к военной технике. Металл с Рыбницкого металлургического завода востребован в Западной Европе. Из Италии идут заказы на текстильную продукцию. Россия 1995 года и теперешняя Россия - два разных государства. Россия тех лет была, мягко говоря, пассивна во внешней политике. Сейчас она наконец активизировалась: заключены договоры между Министерством просвещения ПМР и Министерством образования и науки России. Мы учим своих детей по российским учебникам. Они переводятся с русского на два других государственных языка - молдавский и украинский. Дорого, конечно, а что делать... А преподавать историю Приднестровья, пользуясь украинскими учебниками, невозможно. Там, например, написано, что войну с Наполеоном выиграла... Украина. Ваше правительство помогло выплатить зарплату нашим бюджетникам, когда заводы стали из-за блокады. Последний год Россия стала охотнее предоставлять гражданство. Да и облегчению блокады мы обязаны ей: думается, что отказ ввозить молдавские вина был ответом на приднестровскую проблему. - Минувшей зимой Верховный совет Приднестровья отменил свой прежний документ от 6 января 1993 года: тогда было принято решение о создании конфедерации с Молдавией. Москва, кстати, за такую конфедерацию, а вот ПМР максимум на что согласна - так это на "межгосударственную ассоциацию". Что думает народ? Каково, по-вашему, будущее республики? - Народ в Приднестровье разный. Сельский народ - это молдаване. Они, конечно же, хотели бы сближения с Кишиневом. На правом берегу живут их ближайшие родственники. Городские же молдаване понимают, что сохранить свою идентичность при вхождении в состав Молдовы будет невозможно. В Кишиневе дошло до маразма: дети в школах учат историю не Молдавии, а Румынии. Там давно перешли на латиницу, а приднестровские молдаване пишут кириллицей. В румынских СМИ Республику Молдову называют не иначе как "так называемая республика Молдова", не относясь к ней как к суверенному государству. Русские и украинцы, понятное дело, еще больше опасаются румынизации. Вместе с тем они понимают, что на "исторической родине" их не ждут. Сейчас Приднестровье - уникальное государство, где нет ни одной главенствующей нации. При вхождении в Молдову у нас с большой долей вероятности начнутся межнациональные конфликты, потому что она неизбежно утащит нас под Румынию. Ведь конфликт с Молдовой, напомню, начался с того, что мы просили дать нам возможность завести свою культурную автономию и разговаривать на русском. Нам отказали. После этого пролилась кровь... - Пока нет косовского прецедента, и ПМР, и Абхазия, и Южная Осетия будут находиться в подвешенном состоянии. Но Запад тянет с признанием независимости Косова. - Да, а мы тем временем все больше утверждаемся в желании жить в Приднестровье. Хотя молодежь и уезжает в Россию, в Европу, на Украину, но надеется вернуться. Сейчас в республике выросло целое поколение, которое другой родины не знает, и это поколение готово отстаивать свою независимость. Мы видим, как закрываются русские школы в Одессе и Крыму, какое давление идет на православную церковь на Украине, которую заставляют объединяться с "раскольником" Филаретом, "патриархом Киевским". Националистическая Украина пугает нас не меньше, чем националистическая Молдова. Ко мне каждый день подходят люди со слезами на глазах: благословите, владыко, мы уезжаем. Священников приходится постоянно отпускать на заработки: едут штукатурами, разнорабочими. Настоятель соседнего прихода по два-три месяца служит на два храма. С чемоданным настроением трудно строить государство. Слава Богу, что хоть Церковь едина и помогает людям разных национальностей объединяться. Служба у нас одновременно ведется на трех языках: "Верую", например, пропели на церковнославянском, а "Отче наш" - по-молдавски, проповедь прочли на украинском. Приднестровье видится мне как образ Святой Троицы, где все три нации равноуважаемы и равнолюбимы. - Ваше телевидение вам в этом помогает? - У нас есть два телеканала: один государственный, другой коммерческий. Еще смотрим российские и украинские. Кишинев не транслирует наши каналы, мы в ответ не транслируем их. Нам известно, что происходит у вас, а вот большинство россиян, думаю, понятия не имеет, что же это такое - Приднестровье: в Югославии оно, Африке или еще где. Недавно в Москве ходил к врачу, сказал, что из Приднестровья. И женщина в белом халате спросила: а где это? А ведь вроде интеллигенция... Приднестровцы всегда хотели войти в состав России, около года назад народ официально изъявил желание быть частью России, а вы даже не знаете, кто мы и откуда.
Автор: Беседу вела Мария Ряховская
В начало сайта |