Информированный оптимист

Станислав Говорухин снимает новую картину

ДОСЬЕ

Cтанислав Говорухин родился в городе Березники Пермской области. В 1958 г. окончил геологический факультет Казанского университета, работал геологом, потом был журналистом и режиссером Казанской телестудии. После окончания в 1966 году режиссерского факультета ВГИКа начал работать на Одесской киностудии.

В декабре 1993-го был избран в Государственную думу.

Владеет немецким, французским языками.

В юности увлекался альпинизмом. Во всех ролях, опасных трюках работал без дублера.

В 1994 г. неожиданно для себя увлекся живописью. В служебном кабинете висит одна картина собственного исполнения. Любит симфоническую музыку. Любит читать книги. Станислав Говорухин снял 11 художественных, 4 публицистических фильма. Написал 14 сценариев и 3 книги.

Народный артист России Станислав Говорухин не любит и не умеет сидеть без дела. Поставив картину "Не хлебом единым", которая прогремела на фестивалях в Выборге, Минске, Челябинске, Гатчине, он почти сразу приступил к съемкам нового фильма "Актриса" с Евгенией Добровольской в главной роли. Это будет комедия - редкий жанр в творчестве мастера, который тяготеет к темам острым, социальным. Как, например, уже упоминавшаяся экранизация романа Владимира Дудинцева "Не хлебом единым".

- Станислав Сергеевич, приступая к съемкам ленты "Не хлебом единым", вы, помню, были полны сомнений: а нужна ли сегодня вообще такая картина? После победы фильма на ряде фестивалей, после переполненных залов вы, надеюсь, изменили свою точку зрения?

- Не изменил, к сожалению. Мою картину, кроме фестивалей, показывали только в Москве. При достаточной рекламе - достаточной, разумеется, для такого рода фильма, который не претендует на то, чтобы называться блокбастером. И тем не менее "Не хлебом единым" абсолютно провалился в прокате. Именно это я имел в виду, когда говорил: на фиг этот фильм кому нужен? Между тем я твердо знаю: у меня есть мои зрители. Их миллионы, десятки миллионов. Но они отлучены от фильма, они вообще сегодня не ходят в кинотеатры.

- Почему?

- По разным причинам. Для одних дорого. Даже в Москве, богатой нашей столице, многие не могут потратить 10 долларов на билет. Что же говорить о нищей провинции? Очень много интеллигентной и вполне состоятельной публики не ходит в кино потому, что им противна сама атмосфера нынешних кинотеатров с запахом прогорклого масла, попкорна. Словом, какое кино идет в кинотеатрах, такая публика его и хавает. И наоборот.

- Между тем многие считают, что вывести российское кино из кризиса могут не такие камерные, пронизанные духовным светом картины, как ваша, а исключительно блокбастеры...

- Это самый губительный путь, по которому только можно было пойти. Мало того, что наши дети воспитаны на американских компьютерных сказках и "страшилках", что зачастую одно и то же, так теперь к этому процессу подключились и мы. Но это же верный путь к дебилизации нации. Кого, вы думаете, встречают дети на фестивалях в "Артеке" и "Орленке", как героев-космонавтов? Артистов, изображающих четырех отморозков в фильме "Бумер". Они же не актерам рукоплещут, а их персонажам! Слегка перефразируя классика, скажу: разруха сегодня не в стране - разруха в головах. В головах художников в первую очередь.

А что творится сегодня в сопредельных искусству сферах - например, в модельном бизнесе? Идеалом красоты нынче почему-то считается женщина в последней стадии истощения. Это происходит потому, что люди, которые задают тон в высокой моде, зачастую страдают всякими психическими отклонениями. У них, извините, сексуальная ориентация не та. Им, видите ли, хочется в девушке видеть мальчика. Поэтому подиумы и оккупировали тощие безгрудые селедки, которых шатает от голода и изнурительных диет. Этот навязываемый нам тип "сексапильности" не похож ни на один из тех идеалов женской красоты, которые культивировались веками.

- Не слишком ли вы мрачно смотрите на жизнь, Станислав Сергеевич?

- Мне многие так говорят. Но ведь недаром есть такое выражение: пессимист - это хорошо информированный оптимист. Вот в свое время я сделал фильм "Великая криминальная революция". Его на экраны не пустили. Тогда я написал книжку на эту тему. Ее перепечатывали из номера в номер многие провинциальные газеты, так что книгу в итоге прочитали десятки миллионов людей. Перечитайте ее сегодня - это же сладкие сопли, детский лепет, потому что жизнь суровее оказалась. Все, что я предсказывал, сбылось, только в более мрачном виде: коррупция нынче пронизала всю страну сверху донизу. Все-таки я владею информацией: уже много лет нахожусь в политике, езжу по стране, общаюсь с людьми, знаю цифры. И на основании всех этих данных, которые есть в моем компьютере (показывает на голову), я могу делать те или иные выводы. Хотя в последнее время я смотрю на жизнь чуть-чуть веселее.

- Почему?

- Потому что пусть постепенно, но многое стало лучше. При Ельцине функционировало 10 процентов предприятий, созданных в Советском Союзе, а сегодня уже 80. Культура стала финансироваться лучше. Библиотеки, филармонии оживают, усадьбы восстанавливаются. Но медленно это все делается, не все доживут.

- Одно время вы примыкали к КПРФ...

- Во-первых, я никогда не был членом партии. Ни в КПСС, ни в КПРФ, если вам интересно, не состоял. И люди сжигали партбилеты по моему призыву, между прочим. Жгли костры, стоя ночи напролет в очереди, чтобы попасть на показ моего фильма "Так жить нельзя", а потом выходили из зала и бросали в те костры партийные билеты. Вот мое отношение к коммунистам и коммунизму. Драма перестроечной эпохи была в том, что на смену одним коммунистам пришли другие коммунисты. Только если зюгановцы, уже все зная о преступлениях Ленина и Сталина, продолжали ходить с их портретиками, взяв тем самым на себя все преступления КПСС, то ельцинисты оказались хитрее. Что касается меня, то я уже в 25 лет все понимал про советскую систему и не питал иллюзий на этот счет.

- Нынешние идеологи нас учат, что художник должен быть вне политики. А вы, Станислав Сергеевич, весь в политике...

- Это сказки, что художник может быть вне политики. Многие мои коллеги играют в политику, но стесняются в этом признаться. Вернемся опять к ситуации 1996 года. Когда власть испугалась, что Зюганов может победить, по телевидению уже в день выборов, что является прямым нарушением законодательства, выступали деятели искусства, в том числе и мои коллеги по кино, с призывами отдать голоса за Ельцина. Так что наша интеллигенция - она всегда в политике. При политике. Какая бы власть ни была на дворе, ее неизменная позиция - снизу.

- Но вы-то сами, Станислав Сергеевич, входите сейчас не в оппозиционную, а в правящую партию "Единая Россия"...

- Да, потому что я убедился, что Путин - это все-таки не Ельцин. И надо работать вместе с ним. А с кем еще? Больше не с кем. Вот с ним и будем восстанавливать страну.

- Вас не угнетает ситуация, что вы такой волк-одиночка в кинематографической стае?

- У меня же есть зрители. Посмотрите, как они меня встречают, как я много для них значу, какие письма они мне пишут... Что рядом с этим благосклонность того или иного коллеги? Пустое.

- Вы находитесь, как я могу судить, в замечательной бойцовской форме. Есть секреты, с помощью которых держите себя в физическом, интеллектуальном тонусе?

- Конечно, есть. Записывайте. Никаких диет. Никакого спорта. Никакого размеренного образа жизни. И как можно больше алкоголя. А курю я столько, что скоро уже взорвусь от этого курева.

- Вы, наверное, сейчас иронизируете?

- Ну почему же? Я действительно так живу. И в этом смысле веду себя как лорд Генри из романа "Портрет Дориана Грея", который, помнится, любил повторять: я готов на все, чтобы вернуть молодость - но только не делать зарядку, не соблюдать диету и не вставать слишком рано. К сожалению, а может, к счастью, я не заряжен на твердый распорядок жизни. Я человек свободный. Полная внутренняя свобода - вот что дает мне силы.

Автор: Леонид Кузуб