Пока Европа избавляется от свалок, мы их множим
Подмосковье постепенно превращается в большую свалку, где ежегодно оседают миллионы тонн зловонного и, без преувеличения скажем, ядовитого мусора Всего в километре от МКАД, рядом с крупнейшим в Европе Николо-Хованским кладбищем и крупнейшей в Европе свалкой "Саларьево", работает частная свалка "Хованский полигон", которая принимает любые отходы. Добиться ее закрытия пытались общественность и прокуратура. Но безуспешно: воз, то бишь свалка, и ныне там. ГОРБАТАЯ ГОРА Добраться до "подпольной" свалки просто. Всего-то и нужно доехать до метро "Юго-Западная" и сесть на автобус. Через 15 минут он перемахнет МКАД, и слева покажется заснеженный хребет "Саларьево". Издалека он выглядит, как небольшая аккуратная гора. По мере приближения, пока автобус колесит по бесконечному Николо-Хованскому кладбищу, гора растет и постепенно закрывает половину неба. Нигде масштабы мусорного бизнеса не проявляются столь очевидно: высота "хребта" - 100 метров, две поставленные друг на друга 17-этажки... "Саларьево" - свалка образцовая, владеет им столичный ГУП "Промотходы". Полигон доживает последние дни, его готовят к закрытию. Но свято место, как известно, пусто не бывает. Аккурат между могучим хребтом "Саларьево" и южной оконечностью кладбища тянется невысокая гряда отходов. Это и есть полигон "Хованский". На фоне мусорного соседа-гиганта он выглядит скромно. Но впечатление обманчиво. "Малыш" раскинулся на территории 89 га. По оценкам специалистов, минимум два года он принимал по нескольку тысяч мусоровозов в день. И приносил доход до 60 миллионов долларов в год. - Меня тут каждая собака знает, - смеется Елена Шеленкова. Едва мы сошли с автобуса, к ней устремилась четверка псов, дружески помахивая хвостами. Елена - переводчик-синхронист и наш гид. О новом полигоне она знает практически все. - Год назад я стала замечать, что поле между свалкой "Саларьево" и кладбищем заваливают мусором. А потом возникло подозрение, что кладбище подтапливает какая-то дрянь. Зловонная жижа плескалась в только что вырытых могилах, лужами проступала в низинах. Вонь стояла такая, что невозможно дышать. Рядом тучами роились мухи. Я, честно говоря, была в шоке. Здесь, на кладбище, лежит моя дочь, и горько видеть, как место ее погребения оскверняется... Елена решила провести собственное расследование и после многочисленных обращений в прокуратуру и Ростехнадзор выяснила странные, мягко говоря, факты. Оказалось, что территория, на которой возникла новая свалка, выкуплена частной компанией "Эком". При этом участок считается землей сельскохозяйственного назначения и является санитарной зоной кладбища. Это означает, что ничего размещать на участке нельзя, кроме культовых сооружений вроде церкви или часовни. - Из достоверных источников я узнала, что мусоровозы новая свалка принимает вдвое дешевле, чем полигон "Саларьево", - говорит Елена. - А судя по жиже, проступившей на кладбище, отходы захоранивают без должной гидроизоляции. Поговаривают, что свалку контролирует одна известная преступная группировка. Но доказать это невозможно... Впрочем, последнее утверждение спорно. На дворе не 90-е годы, когда "ключевые" вопросы решали бойцы с расплющенными носами и золотыми цепями на шеях. Теперь бал правят чиновники в элегантных костюмах и с "Ролексом" на запястье. Так или иначе, полигон "Хованский" не смогла закрыть даже прокуратура, хотя неоднократно пыталась. И, скорее всего, не закроет. Современная цивилизация - это гигантский генератор мусора. Чтобы избавиться от него, нужны деньги. А еще огромное желание самих граждан не превращать окрестности городов в бескрайние помойки. На Западе это поняли уже давно. БЕЗ ЗАПАХА И ПТИЦ В конце 1980-х в Галифаксе (Новая Шотландия), где проживают 350 тысяч человек, общественность протестовала против расширения свалки в Сэквилле. Межведомственная правительственная комиссия предложила в качестве альтернативы сжигать 500 тонн отходов в день, но этот вариант вызвал резкие возражения. Местные активисты собрали деньги и наняли независимых консультантов из Сиэтла, которые выдвинули более дешевый проект, основанный на раздельном сборе и переработке отходов. Ключевым условием была недопустимость отправки на свалку органических и токсичных отходов, а также отходов, пригодных для вторичного использования. В итоге власти согласились с этими предложениями. Прежде всего, жители раздельно собирали сухие перерабатываемые отходы в уличные контейнеры. 95 хранилищ принимали емкости из-под безалкогольных напитков. В автопарках собирали использованные шины, которые замораживались и перерабатывались в высококачественную резиновую крошку. Были организованы площадки для сбора использованных строительных материалов, а также две централизованные площадки для компостирования. Свалка была переименована в "комплекс для размещения остаточных отходов", отличительной особенностью которого стали отсутствие запахов и птичьих стай. Всего за три года объем перерабатываемых отходов в Галифаксе вырос с 3 до 60 процентов. Система сбора тары из-под напитков обеспечила восстановление 80 процентов емкостей и возврат 96 процентов пивных бутылок, пригодных для повторного использования... По другому пути пошли итальянцы. Первые попытки организовать раздельный сбор пищевых отходов в Италии относится к 1993 году, однако широкое применение схема получила после 1997 года, когда был принят закон об управлении отходами. Он обязывал местные власти добиться в 2003 году 35-процентного показателя по сбору и переработке вторсырья. Приоритет отдавался развитию системы отдельного сбора пищевых отходов, которые являются главным "загрязнителем" мусора, попадающего в баки. Поскольку такие отходы отличаются высокой плотностью и высоким содержанием воды, они не нуждаются в уплотнении. Одно это позволяет существенно удешевить сбор пищевых отходов. Итальянцы разработали специальные грузовички малой вместительности (3-5 кубометров), затраты на которые составили 10-15 процентов от затрат на обычные мусоровозы. Транспортное средство для перевозки отходов управлялось одним человеком, обслуживало около 2 тысяч семей и обеспечивало сбор 3-4 тонн отходов в день. Жители складывали пищевые отходы в 6-литровые контейнеры, которые ставились под кухонной раковиной. Затем содержимое этих контейнеров высыпалось в 30-литровые мусорные ведра, которые можно легко поднять вручную. Мешки для пищевого мусора изготавливались из прозрачного материала, чтобы сборщик мог проверить их содержимое. Материал мешков был биоразлагаем, чтобы мешки могли разлагаться вместе с отходами. Итальянские муниципалитеты, принявшие эту модель, смогли добиться 50-процентного уровня раздельного сбора. Помимо экономии (бригада сборщиков пищевых отходов обходится втрое дешевле бригады, занятой сбором обычного мусора), такая система позволяет получить качественное сырье для компостирования. Потребность же в компосте велика: сегодня три итальянские провинции выплачивают субсидии за использование компоста в сельском хозяйстве. А как обстоят дела с внедрением высоких технологий переработки отходов у нас? БОГАТСТВА, КОТОРЫЕ МЫ ЗАКОПАЛИ В России, как обычно, все упирается в деньги, которых нет. Переработка кубического метра мусора на одном из московских заводов обходится в 30 долларов. Ежегодно мэрия Москвы выделяет из бюджета 3 млрд. рублей на оплату услуг подобных предприятий. Большинству российских регионов такие траты не по карману. Немало стоит и техника для утилизации. Например, оборудование производства нижегородского ОАО "Дробмаш" по переработке строительных отходов в щебень, который затем может быть использован для дорожных работ, стоит 4 млн. рублей. Линия производства итальянской компании "МакПресс" по разбивке бытового мусора на фракции - бумагу, стекло, пластик, металл, позволяющая перерабатывать до 100 тыс. тонн твердых бытовых отходов в год, стоит около 21 млн. рублей. Линия по переработке деревянных отходов в топливные гранулы тянет примерно на 20 млн. рублей... Мы поступаем как сто лет назад: весь мусор скопом закапываем в землю. А это, между прочим, 9 млн. тонн макулатуры, 1,5 млн. тонн черных и цветных металлов, 2 млн. тонн полимерных материалов, 10 млн. тонн пищевых отходов, 0,5 млн. тонн стекла. Если вдуматься, огромные деньги. Только кто их считает?!.. КУРЬЁЗ В ТЕМУ На несколько недель остановил работу завод по утилизации бытовых отходов в Шотландии после похищения 50 тысяч дождевых червей стоимостью 10 тысяч евро, мирно трудившихся над созданием органических удобрений.
Автор: Андрей Полунин
В начало сайта |