Серенада Силиконовой долины

Почему авангард русской технической мысли отступил под натиском азиатских конкурентов

В конце прошлого года президент РФ Владимир Путин заявил о необходимости "разработать комплекс мер, направленных на формирование в России крупных национальных исследовательских центров по приоритетным направлениям развития современных технологий". Но крупные исследовательские центры оперировать вне информационного поля не могут. Не так давно Министерство информационных технологий и связи РФ представило амбициозную программу по массовой компьютеризации населения - "Компьютер в каждый дом".

За последние десять лет мировые лидеры высоких технологий - США и Япония, а за ними когда-то отсталые Индия и Китай уже успели пережить и подъем, и спад хай-тека. Мы же пытаемся запрыгнуть в поезд, который давно ушел. А ведь в середине 90-х Россия могла бы составлять расписание движения для ожидающих информационного бума пассажиров. Для этого у страны было все необходимое - политический имидж быстро демократизировавшегося государства, превосходная техническая подготовка персонала и мощная научно-исследовательская база.

Сколько нас?

До настоящего времени признанным центром притяжения интеллектуальной эмиграции были и остаются США. Как-никак, 40% родившихся за пределами страны взрослых американцев имеют образовательные дипломы в ранге от магистра до доктора наук. Еще в начале 90-х число научно-технических работников на миллион населения в Соединенных Штатах составляло 126,2 тыс. по сравнению с 23,4 тыс. в среднем в мире. Неслучайно следствием этой тенденции стало резкое сокращение промышленного производства. Теперь Штаты экспортируют знания: и стоят дорого, и воздух чист... Новейшие технологии, программное обеспечение, изобретения и открытия стали одной из главных статей высокодоходного экспорта.  И россияне сыграли в этом эволюционном процессе ключевую роль.

Различные статистические источники не дают сколько-нибудь достоверного и взаимосвязанного представления о том, сколько же нас, русскоговорящих, в Америке. Оценки колеблются в широких пределах - от суперконсервативной в 650 тысяч до сверхоптимистической в 5,1 миллиона.

Для Америки традиционно характерны "национальные" рынки труда. Например, мексиканцы - это, как правило, строители, озеленители и домашняя обслуга, китайцы (старшее поколение) - химчистка и овощи-фрукты, пакистанцы - такси. И так далее. Грянул компьютерный бум 90-х, и тут "наши" проявили себя вовсю. Америка заговорила о феномене "русских мозгов", которые захватили не какую-нибудь второстепенную "отраслишку" в многовекторной экономике США, а практически всю сферу высоких технологий - Силиконовую долину. То был наш звездный час, момент истины...

Немного истории

Мысленно отматываю лет 15 назад, вспоминаю Силиконовую долину времен президента Буша-старшего. Полное запустение, ни работы, ни технологических прорывов, ни стальных пилонов, ни стеклянных витражей вокруг. Старые ржавые американские "корабли пустыни" дребезжат по избитым бетонкам, ветер метет обрывки газет по сусекам... Вместо сколько-нибудь реального дела за реальные деньги - повальное увлечение псевдоэкспортом непонятно чего, откуда и куда, таинственная "красная ртуть", всеохватная тоска по набирающей динамику ельцинской России... Масса активности - ноль результата.

Но вот проходит 5-6 лет, и ситуация волшебно меняется. Эластичен все же капитализм, ничего не скажешь! "Гаражные" компьютерные разработки местных немытых "гуру" с горящими глазами пробиваются на необозримый рынок, ниоткуда появляются и вливаются в изобретения гигантские деньги. Известно же: чем хуже дела в экономике, тем больше "лихих", ожидающих вложения средств.

Начинались поистине золотые времена. Америка пребывала в тягостной постбушевской дреме. Азии было не до нас, не считая гонконговских толстосумов, бежавших от объятий материкового Китая и скупавших плохо лежавшую/стоявшую собственность. И только мы, еще не оперившиеся залетные постсоветские птицы, первыми поняли, почувствовали: перед нами - настоящий Клондайк! Обладая изощренной фантазией, нестандартно мыслящими мозгами, отличным образованием и желанием делать дело, мы практически первыми ринулись в образовавшийся технологический прорыв. В нас возникла нужда, и какая! Но... позади стремительных физтеховских и физматовских танков не оказалось матушки-пехоты: той самой массы ординарных инженеров, на которых и держится любой технический проект и которые, в свою очередь, прочно на него "садятся". Не оказалось сотен тысяч похожих один на другого китайцев и индусов со стандартным, наспех вылупленным дипломом программиста. Так что, захватив плацдарм (благо и сопротивления-то со стороны каких-либо конкурентов, по сути дела, не было!), нам было нечем и некем его отстаивать. Тогда "наши" придумали и обосновали принципиально новую профессию, коротко именуемую QA (от английского Quality Assurance, т.е., проще говоря, инженеры ОТК). И пока американский менеджмент беспомощно разводил руками: дескать, мы согласны, это нужно, но где же мы возьмем такую ораву инженеров? - наши новоиспеченные генералы от хай-тековского бизнеса опять же не сплоховали. Тут же возникла сеть скоротечных компьютерных "курсов молодого бойца", на которых осуществлялось ускоренное формирование "штурмовых батальонов" столь дефицитных инженеров в сфере информатики. Наши библиотекарши, балерины, певицы, музыканты, учителя и прочие бывшие скромные совслужащие, устав от полной бесперспективности самоприложения по основной специальности, стали расталкивать друг друга в узких дверях доморощенных компьютерных классов. "А винтовку тебе... а послать тебя в бой!". Не о славных ли безвестных героинях хай-тека хрипел в свое время Володя Высоцкий?

Остальная Америка, а за ней Азия и Западная Европа проснулись от стойкого запаха денег, исходившего из Силиконовой долины. Проснулись и засуетились, стали паковать чемоданы и срочно вылетать, выплывать, выезжать в Северную Калифорнию. Началась новая фаза золотой лихорадки, теперь уже на компьютерной основе. Но дальновидные государственные мужи нищих и густонаселенных Китая и Индии вовремя сообразили, что кавалерийский наскок голодных да без образования большой отдачи не даст. Куда правильнее попытаться урвать кусок от компьютерного пирога созданием если не альтернативных, то хотя бы вспомогательных центров хай-тека у себя. Мол, запросы у нас небольшие, а рабочей силы - поделимся с кем угодно, да еще и профессионально ее подготовим. Все, что требовалось для реализации стратегии, - это создание сети фундаментальных образовательных центров, солидная государственная финансовая и пропагандистская поддержка. И поезд тронулся...

Взбодрились, разумеется, и многочисленные американские университеты, прежде усиленно лепившие ставших вдруг никому не нужными советологов. Вместо них с учебного конвейера стали пачками сходить программисты. В таких условиях удерживать столь легко завоеванный нами поначалу плацдарм становилось делом малоперспективным.

Кризис жанра

Первые явные признаки кризиса стали ощущаться уже при позднем Клинтоне. Но с переходом власти в руки республиканцев, никогда не отличавшихся особым интеллектом, не говоря об экономических талантах и стратегическом мышлении, ситуация стала разваливаться, как плохо написанная программа в руках опытного QA-инженера.

Окончательный приговор новоиспеченному Клондайку вынесло 11 сентября 2001 года. Некогда сияющие "Титаники" софтвера стали один за другим уходить под воду, оставляя на поверхности массу отчаянно барахтающихся сановных пассажиров. Едва вкусившая величия Долина стала все больше напоминать отстойник "летучих голландцев", ощетинившись великолепными, но абсолютно пустыми зданиями и обширными автостоянками вокруг них. Проезжаешь мимо этих архитектурных памятников былому технологическому величию и читаешь, подавив вздох, трепещущие на фасадах призывные лозунги типа "А ведь здесь может красоваться название вашей компании!". Куда там...

Правительство протянуло стремительно чахнувшему компьютерному бизнесу руку помощи по-республикански незатейливо: увеличило въездные рабочие квоты для Индии и Китая в несколько раз. И волна десятков тысяч новоиспеченных инженеров из Азии накрыла оставшиеся на плаву, хотя и изрядно проржавевшие, посудины некогда процветавшей индустрии. Как же: рабсила "точечно" подготовлена, делает больше за куда меньшую зарплату и при этом не ропщет. А чего, спрашивается, роптать, если визу прикроют в два счета? Дело дошло даже до обсуждения проекта "сайбер-кораблей": дескать, завезем в прибрежные воды бангалорцев, по паре тысяч на круизный лайнер, пусть себе программируют с утра до ночи под присмотром. На сушу - ни-ни, а пить-есть и развлекаться теплыми калифорнийскими ночами под легкую качку - это пожалуйста, в зависимости от наработки...

Но и этого оказалось мало. Практичными американскими умами (а местный высокий менеджмент, как известно, не шибко силен в абстрактных концепциях и алгоритмах, но зато не имеет конкурентов в подсчетах) овладела идея аутсорсинга. Смысл идеи до удивления прост: зачем завозить иностранных программистов сюда, когда можно организовать дело на месте? Вот и получился двойной удар: массовое нашествие дешевых умов на Силиконовую долину и массовый же перенос технологий, знаний и, увы, рабочих мест в обратном направлении - в Бангалор, Шанхай, Тайбэй и прочие нетрадиционные центры высоких технологий. Результат не замедлил сказаться: количество рабочих мест в Долине резко сократилось в пользу азиатских центров, а те места, которые остались, усиленно захватывают те же китайские и индийские инженеры, но с правом на долгосрочное пребывание и работу в США. Так что, звоня в отдел обслуживания той или иной крупной фирмы, вы, скорее всего, столкнетесь с ее представителем, сидящим где-то за тридевять земель. Впрочем, вас могут соединить и с местным служащим, но толк один: разобрать, на каком языке вам отвечают, будет трудно, если вообще возможно.

Как водится, зарубежные специалисты нахлынули не сами по себе, а с семьями. Или обзавелись таковыми уже на месте. И опрокинув расхожее представление о том, что тяжелая работа и нервное напряжение угнетают функции воспроизводства, уверенно доказали обратное. Постепенно в Долине образовались целые индийско-китайские города и поселки. Между ними курсируют поезда, плотно набитые пассажирами, из которых редко кто говорит по-английски. И все больше смуглых ребятишек резвятся во дворах дешевых публичных "хаузингов".

Оттеснили...

Согласно статистике, выходцы из бывшего СССР составляют в населении Долины порядка 5-7% - до 100 тысяч человек. Доля тех из них (имею в виду трудоспособных), кто в 90-х был занят в местном хай-теке, довольно долго держалась на очень высоком уровне. А сейчас фрагмент "наших" в индустрии ничтожен. Да и те, кому удалось закрепиться, пересидеть нашествие из Индии и Китая, теперь на сугубо технических ролях. Решений не принимаем, оттеснили... Юные мальчики-программисты экзотической внешности раскатывают по коридорам на фирменных самокатиках (чтобы побыстрее добраться до нужного угла). Не менее экзотические девушки сопоставимого возраста координируют проекты или тестируют программы, параллельно готовясь к материнству. Наиболее удачливые из них - в офисах с окном: прерогатива менеджмента. Вот они-то вкупе и выдавили нашу команду - выдавили своей численностью, производительностью, методичностью, послушанием... А бывшие наши пионеры-разработчики и "QA-щики" подались кто куда: кто в мелкий бизнес, кто в продажу недвижимости, кто вообще собрался с духом и уехал подальше, где есть еще кому продемонстрировать свои знания и навыки. 

ПОДВЕДЕНИЕ ИТОГОВ

А наши где?

А что же наши? Повыбило почти всех. Мы не смогли окопаться, закрепиться, наладить взаимодействие. А главное - за нами не оказалось нашей страны, которая в свое время обучила и подготовила свой инженерный корпус до сверхконкурентного уровня. Подумать только: к началу хай-тековского бума 52% русскоговорящих в Долине имели высшее образование! Кто еще и когда достиг такого уровня? Ведь даже у старательных и усидчивых азиатов образовательная планка не превышает 44%, не говоря уже об урожденных американцах (28%).

Неудивительно, что технологический вызов, по крайней мере, концептуально оказался нам вполне по плечу. Но пока технически отсталые Индия и Китай спешно выращивали и поднимали на щит свои научно-технические кадры, Россия занималась усиленной "прихватизацией". Страна упустила великолепный шанс утвердиться на Олимпе программных услуг.

Десятки тысяч китайских и индийских инженеров, получив необходимый опыт в Калифорнии, щедро делятся им у себя на родине, вкладывают накопленные знания и деньги в новые, перспективные компании. В Долине сегодня около 350 тысяч индийцев, свыше 5 тысяч из них - миллионеры. Выходцы из Индии возглавляют 7% местных корпораций, они основали около 800 новых фирм, в том числе 15 с оборотом от 100 млн. до 1 млрд. долл. Косвенный результат: сегодня Индия получает от экспорта софтверных разработок как минимум 20 - 25 млрд. долл. в год. К 2008 г. этот показатель наверняка превысит 50 млрд. Объем внешнеторгового оборота Китая в сфере высоких технологий достиг в 2006 г. 520 млрд. долл. Доля хай-тека в ВВП Поднебесной составила в прошлом году 7,2% и продолжает расти. Какой стране помешали бы такие цифры?

Специалисты из других стран могут свободно ездить домой и обратно, были бы, что называется, время, желание и деньги. А нам - тем, кто так или иначе не успел или не смог обменять утраченное советское гражданство на гражданство российское, приходится преодолевать препоны, запрашивать визу на въезд в свою страну. Чтобы там, на родине, подивиться отсутствию какой-либо заинтересованности в полученных знаниях, накопленном опыте организации дела... Никто и вопросов-то никаких по существу не задает, большинство упивается невесть откуда свалившейся "западностью", возможностью путешествовать почти без ограничений по городам и весям...  Вот и сталкиваешься то и дело с группами бывших соотечественников хмуроватого вида, кочующих по миру с целью на чем-то быстро заработать и отойти от греха подальше.

Как подчеркивает экономист Владимир Мау, "Россия - общество индустриальное, ей еще надо было прорваться в этот постиндустриальный мир". За эйфорией быстрых и легких доходов, нежеланием смотреть вперед, отсутствием, если угодно, делового воображения трудно осознать, какой магнитуды промах допущен страной в целом. Промах тем более непростительный, что иная возможность вряд ли представится, несмотря на благие пожелания и громкие программы. Речь идет о невключенности России в выдающийся технологический скачок последнего десятилетия, невключенности, вопреки массе исключительно благоприятных факторов. 

Автор: Александр Резников