На Северном флоте цветёт конопля
Один из членов экипажа атомной подводной лодки "Дмитрий Донской", матрос-контрактник, выращивал в цветочных горшках в береговой казарме коноплю. Предприимчивый матрос был задержан во время сбыта наркотика своему сослуживцу. Красный уголок в береговой казарме заполнен матросами и офицерами подлодки "Дмитрий Донской". Идет показательный суд над провинившимся матросом Забродой. Дело ведет боцман Голощапов. - Итак, матрос Заброда, - говорит боцман, - объясните нам, своим боевым товарищам, зачем вы проделывали эти штучки в цветочных горшках? Матрос Заброда стоит, переминаясь с ноги на ногу, у трибуны, слыхавшей на своем веку много докладов о международном положении, но никогда не предполагавшей, что однажды ей придётся услышать о таком безобразии на флоте. - Ну я, - отвечает Заброда, - это самое, и не думал, что у меня вырастет такое. Я сначала хотел вырастить другое. Написал на родину в Краснодар, чтоб выслали мне каких-нибудь семян, чтоб домом пахло в казарме, ну а мне кореша прислали то, что выросло. Сам не ожидал, хотя результат получился выдающимся. Такой урожай в условиях Севера... Боцман багровеет: - Да вы понимаете, Заброда, что вы вырастили дурь?! Это ж преступление! А если в поход? - Да какая это дурь, - искренне удивляется Заброда, - у нас в Краснодаре это совсем не дурь, некоторые даже с детства приобщаются, и если, допустим, день рождения или какой другой церковный праздник... - Молчать! - зеленеет боцман Голощапов. Заброда пожимает плечами и равнодушно глядит в заснеженное окно на мрачное Баренцево море. Слово берет капитан третьего ранга Волноломов: - Хорошо ещё, что эту самую коноплю обнаружили мы, а если бы президент в казарму заглянул? Он ведь в любой момент может на флот нагрянуть. Что бы мы ему ответили? Вот, мол, Владимир Владимирович, занимаемся озеленением, насыщаем помещение кислородом. Так, что ли? Заброда оживляется: - Помимо кислорода, конопля, товарищ капитан третьего ранга, даёт ещё немало полезных побочных продуктов. В старину, например, конопляное масло экспортировалось во всю Европу! А в наших краснодарских колхозах, чтоб вы знали, коноплёй до сих пор излечивают свиней и коров от запоров. Частично от бешенства. Конопля она всегда нервы успокаивает. - Это что ж, подлец, - басит боцман, - ты собирался этой самой коноплей нас от запоров лечить, а? Какие запоры и бешенство могут быть у матросов Северного флота, а?! - Дед мой, - не обращает внимание на гневную речь боцмана Заброда, - дед мой лечил коноплей собственную подагру, а когда я в детстве на раскаленную печь наскочил, то меня тем же продуктом от ожога пользовали. Корень конопляный растирали на кирпичах. - Да вы что, Заброда, в самом деле не понимаете, что вы натворили? - сердито вопрошает капитан третьего ранга Волноломов. - Вы понимаете, что здесь с вами не шутят, что вам светит трибунал? - Откуда трибунал? - искренне удивляется Заброда, - я ничего такого уголовного не совершил. У нас в Краснодаре за это давно не судят, хотя, если честно, и не одобряют. Матросы ухмыляются. - Я удивляюсь, как вас вообще на флот взяли, - говорит Волноломов, - вы ведь, получается, болван из болванов! - А вот за оскорбления у нас в Краснодаре до сих пор по всем статьям судят, - обиженно отвечает Заброда, - губернатор наш, Ткачёв, не допускает оскорблений личности. Даже на рынках. - Вы вообще к какой части приписаны? - уточняет Волноломов. - Я на камбузе, товарищ капитан третьего ранга, - отвечает Заброда, - там, где угар и всё такое. Меня ни одна конопля не возьмёт, волноваться тут нечего. - Ну а зачем вы эту коноплю пытались продать матросу Рябоконь? - допрашивает боцман.- Хотите подорвать нашу боеготовность? - Какая боеготовность, если мы в доке третий месяц стоим? - удивляется матрос Заброда. - Приходит ко мне, значит, Рябоконь и говорит, что ему, мол, что-то дико скучно, и, спрашивает, нет ли у меня чего-нибудь такого, для перемены настроения. - И вы продали ему коноплю? - злорадствует Волноломов. - Всего один горшочек, товарищ капитан третьего ранга! - восклицает Заброда. - Да и то, который был с фитофторой. Из той конопли ничего толкового не вытянешь. А вот когда конопля на солнышке зреет, особенно на нашем, краснодарском, то это совершенно другой коленкор! - Да с ним бесполезно разговаривать! - ударяет кулаком по столу боцман Голощапов. - Хорошо, что мы этого фрукта ещё до выхода в море разглядели, а то был бы нам конопляный супчик на обед. - Совершенно верно! - подхватывает слова боцмана Заброда, - древнеиндийская кухня предполагала использование конопли в некоторых блюдах, она шла заместо перца и розмарина... - С флота долой! - грохочет в ярости боцман, - пусть катится к чертовой матери в свой Краснодар! Немедля! Волноломов согласно кивает. - Я ещё ничего такого не сделал, а меня уже с флота гонят, - разводит руками матрос Заброда, - мне охота Родине послужить, защитить, так сказать, наши водные рубежи. Достаточно было бы наряда вне очереди, а чемодан собирать я не желаю... - Настоящее полено, - наклонясь к Волноломову, говорит боцман, - и кто его только аттестовал? Гнать, гнать взашей! - Матрос Заброда, - зачитывает резолюцию Волноломов, - с настоящего момента вы можете считать себя освобожденным от исполнения обязанностей, контракт с вами мы разрываем. Считайте, что вы ещё легко отделались! - Горшки-то хоть верните!- требует Заброда, - а то пока я до Краснодара доеду, так от тоски свихнуться можно. Волноломов с трудом удерживает боцмана от каких-то неуставных телодвижений...
Автор: Игорь Пых-Троекуров
В начало сайта |